Крымское Эхо (kr_eho) wrote,
Крымское Эхо
kr_eho

«Забрать все книги бы, да сжечь!»

Дело было так. Вице-спикер Госсовета Крыма Ремзи Ильясов (на фото) на специально собранной пресс-коференции рассказал о мероприятиях, которые будут проведены в республике в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне. В оргкомитет, который занимается подготовкой праздника, вошли четыре крымских татарина, сообщил Ильясов. Он и еще несколько присоединившихся к нему инициативных людей в общий план мероприятий внесли свои дополнения.


— Мы с удовлетворением поддержали сооружение аллеи Героев Советского Союза, уроженцев Крыма, — перечислял Ильясов, — мы предлагаем установить памятники всем героям в тех населенных пунктах, где они родились — независимо от национальности. Мы хотим более полно раскрыть участие крымских татар в этой войне, показать это документально: инициируем издание книги «Боевые офицеры — крымские татары в Великой Отечественной войне». Подготовлен спецвыпуск газеты «Янъы Дюнья». Мы инициировали переиздание книги Владимира Полякова «Крымские татары-партизаны Великой Отечественной войны», сегодня изыскиваем средства, чтобы ее переиздать.

Две выставки к памятной дате подготовят крымскотатарские музей и библиотека. Участники боевых действий поделятся своими воспоминаниями с аудиториями школ и культурных учреждений. Готовятся праздничный концерт и спектакль, посвященный Алиме Абденнановой, которой недавно присвоено звание Героя России. Начата работа по формированию Бессмертного полка.

— На одной из встреч со студентами и преподавателями Крымского индустриально-педагогического университета, в которой участвовал председатель Госсовета РК Владимир Андреевич Константинов, был задан вопрос: когда, наконец, будут изъята та или иная литература, которая неправильно трактовала годы войны, в том числе, конечно же, участие крымских татар в Великой Отечественной войне, — между делом проинформировал вице-спикер. — Дано поручение Совету министров, чтобы они создали комиссию, группу и начали работать — с целью найти эту литературу, рекомендовать ту или иную литературу к изъятию, или каким-то другим мерам.

В таком контексте в качестве «других мер» на ум сразу приходит уничтожение.

В нашей стране, действительно, накоплен богатый опыт запрета книг и обращения с запрещенной литературой — даже если допустить, что библиотека Ивана Грозного не была изъята кем-то по политическим мотивам, а пропала сама по себе.

После церковной реформы патриарха Никона массово изымались книги, изданные по благословению его предшественников и старообрядческие сочинения. После опубликования «Путешествия из Петербурга в Москву» Екатериной II высочайше велено было Радищева арестовать, а книгу повсеместно изъять и уничтожить.

Мысль о вреде печатного слова скользит и в «Горе от ума», гениальной пьесе, которую регулярно запрещали к постановке: «Уж коли зло пресечь: забрать все книги бы, да сжечь». По некоторым данным, за весь XIX век в России было запрещено 248 книг.

Самый массовый характер изъятие и уничтожение книг приобрело при Сталине.

Первая наиболее полная инструкция по пересмотру книжного состава библиотек появилась в 1924 году, она была подписана вдовой Ленина Надеждой Крупской. Безусловному изъятию подлежала вся литература по философии, психологии и этике, отдел религии любой советской библиотеки должен был содержать только антирелигиозную и «противо-церковную» литературу (разрешено было оставить только Евангелие, Библию, Коран). Из книг, описывающих святые места, разрешалось оставить только те, что «представляют интерес с точки зрения географии, истории искусств, экскурсионного дела».

Изъятию подлежала вся ранее издававшаяся агитационная литература оппозиционных партий (т. е. всех, кроме большевистской), «книжки о воспитании в духе основ старого строя (религиозность, монархизм, националистический патриотизм, милитаризм, уважение к знатности и богатству)», «тенденциозные биографии» деятелей литературы и истории.

Напомним, что из советских библиотек регулярно изымались стихи Есенина и романы Достоевского, считающиеся сегодня безусловной классикой.

Но, если сравнивать с этим списком, Ремзи Ильясов говорит сейчас, видимо, о «тенденциозных биографиях и националистическом патриотизме». Видимо, кому-то в верхах пришла «умная» мысль срочненько, к юбилею, подчистить историю: и если раньше ее часто не к месту мазали черной краской, то теперь все немедленно нужно выкрасить белой. Впрочем, мы можем и ошибаться: инициатива эта может исходить и лично от усердного Ильясова.

Не будучи специалистами, не беремся судить о содержании литературы, предназначенной к изъятию. Но нам интересно, как может проходить сам процесс: в библиотеку школы или университета приходит кто-то (кто?) со списком запрещенной к «гражданскому обороту» литературы и материально ответственная библиотекарша должна эти книги снять с полок и выдать этим людям? На основании рекомендации Совмина? А куда они их понесут? В какой-то спецхран? Или прямо на площадь — сжигать?

Опять же, не станем судить о достоверности и достоинствах книг упомянутого Владимира Полякова, но уважаемый историк Владимир Гуркович жестко критикует публикации Полякова, относящиеся к теме партизанского движения в Крыму. Гуркович, например, утверждает: «В. Поляков при написании научной сравнительно-аналитической статьи о событиях в Крыму и на Украине вообще не ссылается на литературу или архивные источники, посвященные украинскому партизанскому движению».

При таком свободном подходе к цензуре логично предположить, что через некоторое время следующая комиссия Совмина предложит изъять из оборота публикации Полякова, которые уже, между прочим, собрались переиздавать — и почему-то нет сомнения, что на бюджетные деньги, ведь 70-летие же…

Прокомментировать «книжную» ситуацию мы попросили известного историка и политолога Виктора Харабугу (на фото).

— Во-первых, Ильясов не определяет, что должен делать Совмин, — напомнил член Общественной палаты Крыма Харабуга. — Во-вторых, ни Константинов, ни Ильясов, ни Аксенов (глава Совмина Крыма - ред.) не могут сами решать, какая книга хорошая, какая — плохая, и определять, что подразумевается под исторической правдой. Для этого должны быть соответствующие исследования компетентных специалистов, они должны соответствовать законодательству РФ. Чиновник не может принимать такого решения по собственному усмотрению и собственным взглядам. Если книга призывает к межнациональной розни, содержит оскорбления какой-то этнической группы — это безусловно так. Но, опять-таки, эти решения должны принимать суды.

— В любом случае?

— Да, тем более, если это научная книга, статья, в которой автор высказывает — более или менее аргументировано — свою точку зрения. На недавно прошедшей конференции у наших историков, специалистов по этому периоду, возникли серьезные вопросы, в частности, по численности людей, участвовавших в партизанском движении в Крыму — и в целом, и по этническим параметрам. Называются разные цифры.

— Неужели тогда вели учет партизан по этническим группам? — удивляемся мы.

— Да, учитывали! Есть списки, все можно исследовать, но нельзя называть огульные цифры, например, говорить: 17 тыс крымских татар принимали участие, когда всего в целом партизан было 11 тыс… Есть специалисты, занимающиеся коллаборационизмом, партизанским движением. Заявление Ильясова уже вызвало бурную реакцию, и говорить о том, что Совмин или Госсовет принял такие решения, это неправильно с его стороны! Он — не какое-то постороннее лицо, он в данном случае — депутат и вице-спикер парламента. Если такие заявления делались когда-то в духе меджлиса, никем не признанной организации, — это отдельный разговор. Но в данном случае Ремзи Ильясов выступает как человек, наделенный полномочиями, поэтому надо аккуратнее. И потом — не надо говорить такие вещи за других высокопоставленных лиц — Константинова в данном случае — от себя надо говорить!

— На ваш взгляд, как нужно поступить в данной ситуации, когда факты трактуются по-разному?

— Я давно говорю: нужно взять в архивах соответствующих силовых структур списки предателей, которые воевали у Власова, у Бандеры, татарских добровольческих батальонов и так далее, и опубликовать их сборником документов. Чтобы снять все вопросы — по численности, по каким-то другим моментам. Ведомственные архивы перешли к России, они есть. Люди в них работали, поднимали: по отдельным подразделениям… Вам бы лучше по этому вопросу поговорить с Романько Олегом Валентиновичем! Есть ребята, которые по этой теме конкретно работают в архивах — Мельничуки в Севастополе.

— Возвращаясь к спискам запрещенной литературы: сейчас к ней относится экстремистская…

— Списки формируются только в судебном порядке! Сейчас они действуют по ваххабитам, другим экстремистским организациям. Они принимаются решением суда, и где бы это ни было — от Петербурга до Владивостока — действует закон. А так — мало ли кто что заявит? На мой взгляд, Ильясов сделал неправильное заявление.

Раз уж в этой теме оказался упомянутым спикер парламента Владимир Константинов, скажем несколько слов о нем. Он (кажется, первым из депутатов парламента Крыма) за свой счет отремонтировал воинский памятник в одном из крымских сел, потом его инициативу поддержали другие члены парламента, теперь таких памятников восстановили несколько.

Недавно в разговоре Константинов, не уточняя, кто такие «мы», рассказал: «Мы открыли обелиск в Бешуйской балке, ехали туда джипами, но добрались! Там в районе села Сенапное, если двигаться в сторону Кермена по разбитой грунтовой дороге, два памятника: десяти расстрелянным немцами крымским татарам и памятник крымским партизанам, они стоят там, где это произошло»…

Официальной телесъемки в труднодоступном лесу не было, ни в какой план мероприятий этот обелиск не вошел.



http://c-eho.info/index.php/politika/krym/item/667-zabrat-vse-knigi-by-da-szhech

Subscribe

promo kr_eho октябрь 6, 15:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Сергей КЛЁНОВ Кажется, уже все государства вокруг перестали особенно скрывать свою тактику ведения войны и атак на суверенитет силами не очень заметными – хакерами; наемниками, подобранными где-то в темных логовах экстремистов; СМИ, публикующими недостоверную информацию, чтобы…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments