Крымское Эхо (kr_eho) wrote,
Крымское Эхо
kr_eho

«Мелкокалиберная» война и лошадь без телеги

Год назад, в ночь на 15 февраля 2015 года, жители Донецка, привыкшие уже засыпать под грохот выстрелов, долго не ложились спать. С часа ночи 15 февраля должно было вступить в силу подписанное 12 февраля в Минске соглашение о прекращении огня по всей линии боевых действий на Донбассе.

После полуночи прошел час, но стрельба не утихала. Минули еще две-три минуты – все оставалось по-прежнему. И только в 15-20 минут второго часа ночи залпы стали раздаваться реже. Еще два или раза где-то прогремело около 1 часа 30 минут, и стало непривычно тихо. Люди вздохнули, хотя и без особого облегчения. Наверное, никто не верил, что прекращение огня – это всерьез и надолго.

Предчувствие, подсказанное уже имевшимся на тот момент опытом, вновь оказалось верным. Еще соглашение, получившее название Минск-1, подписанное 3 сентября 2014 года, соблюдалось не более двух суток. В феврале 2016 года картина повторилась чуть ли не один к одному. Украинские войска принялись нарушать договоренности, под которыми стояла подпись президента бывшей Украины, также спустя два дня, а кое-где еще скорей.

Что все-таки изменилось — меньше стал «работать» крупный калибр. Война стала, преимущественно, «мелкокалиберной». Но это отличие ни в чем не мешает украинской стороне время от времени открывать огонь из танковых орудий и пушек калибра 122 и 152 миллиметра.

Как это выглядит в действительности, можно узнать из сухих оперативных сводок. Вот, например, утреннее сообщение от 7 февраля, когда после подписания соглашения «Минск-2» прошло 360 дней, а после формальной даты прекращения боевых действий – 357 дней: «Мирный житель погиб при обстреле западной окраины Донецка украинскими оккупантами. Причиной смерти поселка Трудовские стали осколочные ранения. Об этом сообщил глава администрации Петровского района столицы Донецкой Народной республики Максим Жуковский. Обстрел из минометов, гранатометов, стрелкового оружия украинские военные начали в 21 час 6 февраля. Скончавшийся от ран мужчина — 1962 года рождения. Трагедия произошла на улице Марка Озерного. Два дома – по улице Джамиля № 1 и улице Мамина-Сибиряка № 14 – получили повреждения».

Приведенная сводка — не какое-то специально подобранное исключение, а пример из повседневной реальности. В Горловке 4 февраля умерла женщина, жительница поселка Зайцева, она также не смогла выжить после осколочных ранений, полученных в первый февральский день.

***

Оружие украинской армии не молчит. Если бы оно замолчало, это было бы молчаливым признанием того, вся «Антитеррористическая операция» на деле оказалась бесполезной и дорогостоящей авантюрой. Но если так, то из западни, куда киевская власть забралась по собственной воле, надо выбираться. А путей выхода, кроме как следования букве и порядку исполнения договоренностей, подписанных в Минске, вроде бы и в самом деле нет.

Но именно поэтому Киев на выполнение Минских условий не пошел до сих пор, и не видно, что он способен пойти на это в просматривающейся перспективе.

Линию, избранную киевской властью в отношении Минского процесса, можно определить так: всё то же самое, только задом наперед. Минскими договоренностями предписано сначала провести прямые переговоры с руководителями Донецкой и Луганской Народных республик. Вместе с ними надлежит согласовать порядок и ход изменений в конституцию Украины и ее государственное устройство. После этого можно будет провести на Донбассе выборы в местные органы власти. И только потом преобразованное украинское государство сможет восстановить контроль над участком границы с Ростовской областью Российской Федерации.

Киевская же власть впереди всего ставит заключительный вопрос: установление контроля над границей. Мера эта – чисто военная, и ее реализация будет означать, что две республики Донбасса добровольно очутятся в военном «мешке». А после этого у киевской власти сама собой отпадет надобность в выполнении чего-то другого.

Год, прошедший после подписания «Минска-2», доходчиво продемонстрировал дипломатическую недоговороспособность киевской власти. Но почему это так, вполне понятно с точки зрения политики. Украинский политолог Иван Дацюк недавно объяснил киевский расклад просто и доходчиво: «Если Порошенко всерьез бы взялся за выполнение Минских договоренностей, то ему со стороны Верховной Рады немедленно последовал бы импичмент, а на улице поднялось восстание».

Тут правда то, что Минскому процессу с самого начала присуще игнорирование политической и идеологической составляющих войны Киева против Донбасса. Конфликт, разгоревшийся по принципиальным причинам, при этом еще и спровоцированный одной из сторон переговоров, надеются погасить юридическими мерами. Как будто все началось из-за абстрактного спора о разнице между унитарным и федеративным устройством государства.

История также практически не знает примеров, когда бы какое-то государство меняло свое внутренне устройство под влиянием внешнего воздействия. Правда, есть такой случай. В гитлеровский план «Грюн», предусматривающий поэтапную ликвидацию Чехословацкого государства, входило сначала отторжение Судетской области вместе с некоторыми другими жизненно важными районами страны. Затем – «добровольно-принудительная» федерализация Чехословакии с разделением ее на три федеральных субъекта: Чехию, Словакию и Закарпатскую Украину, что и было осуществлено 21 ноября 1938 года. И в заключение – оккупация Чехии и Моравии под предлогом «защиты» провозгласившей полную «независимость» Словакии.

Но с точки зрения современного международного права это прецедент никак не может считаться легитимным и тем более годящемся в качестве примера.

***

Киевская власть по-своему также пользуется отсутствием международно-правовой базы, которая предоставляла бы хотя бы какие-то основания для внешних рекомендаций федерализировать существующую унитарную Украину. В виде исполнения Минских договоренностей в этой части Киев рекламирует начатую «децентрализацию», которая будто бы и есть то, чего ожидают остальные договаривающиеся стороны.

Еще одна причина у киевской власти продолжать «мелкокалиберную», формально необъявленную войну – сугубо прагматическая и материальная.

Государственный бюджет бывшей Украины на 2016 год сверстан с доходной частью в 601 миллиард гривен, а сумма расходов определена в размере 670 миллиардов гривен. Чтобы хоть как-то восполнить бюджетный дефицит, киевская власть прибегает к едва ли не последнему из средств, остающихся в ее распоряжении: приватизации государственных активов 25 промышленных предприятий, в том числе Одесского портового завода. Если это получится, то государственная казна получит 30 миллиардов гривен, или, в пересчете на доллары, 1,7 миллиарда «зеленых».

К поискам внутренних резервов подключилось даже министерство экологии. Природозащитное ведомство объявило, что готово продать каким угодно инвесторам участки земли в Донбассе, под которыми как будто обнаружена сланцевая нефть. За всё про всё киевское минэкологии просит 30 миллионов долларов. Других источников латания бюджетных дыр не видно даже на горизонте.

Остается одно: продолжать клянчить деньги у иностранных заемщиков, давя на собственное трудное положение, вызванное происками «террористов».

Деньги уже обещаны. Вице-президент США Джозеф Байден обещал прислать 600 миллионов долларов, канцлер Германии Ангела Меркель — скромные 200 миллионов евро. Тут и упрашивать долго никого не пришлось. Для американцев давать деньги под любую войну в Восточном Полушарии, «крупнокалиберную» или мелкого калибра, объявленную или нет – обычный и доходный вид бизнеса. Тогда европейцам, видящим перед собой пример «старшего партнера», просто деваться некуда.

А для киевской власти процесс ожидания обещанных денег в чем-то даже приятней их получения. При такой бухгалтерии деньги на боеприпасы уж как-нибудь найдутся. Стрельба в любом случае американцам понравится, а Европа лишний раз испугается. Значит, удочку за финансовым вспоможением и впредь можно будет закидывать и туда, и сюда.

***

Попытки, подобные минским, прекратить войну путем прекращения огня, не новы ни для постсоветского пространства, ни для всего мира. Новостью было бы то, если бы хоть где-нибудь этот путь привел к успеху. Но территории бывшего Советского Союза вместо прекращенных войн существуют только «замороженные» конфликты: Нагорный Карабах, Приднестровье, Абхазия и Южная Осетия, где две республики, хоть и контролируют свои границы, но эти линии разграничения ни в какую не желает признавать Грузия.

В мире состояние ни мира не войны уже почти 70 лет существует между Израилем и Палестиной, свыше 60 лет – на Корейском полуострове, с 1974 года – на Кипре.

Вдохновляющего ничего нет и не предвидится.

Назначение полномочным представителем Российской Федерации на переговорах в Минске экс-спикера Государственной Думы, а сейчас — постоянного члена Совета Безопасности РФ Бориса Грызлова также сдвигов со знаком «плюс» пока не принесло. Напротив, личный знакомый Грызлова, бывший президент Украины Леонид Кучма, представляющий на переговорах киевскую власть, предложил перенести очередную встречу Трехсторонней контактной группы под тем предлогом, что «боевики не прекращают обстреливать силы АТО». Залпов из своего оружия, от которых на Донбассе и спустя год после «Минска-2» продолжают гибнуть люди, Киев предпочитает не слышать.

И, пожалуй, самый глубокий изъян Минского процесса — его неспособность воздействовать на недоговороспособную сторону на таких направлениях, где бы увиливающие от выполнения взятых обязательств ничего не моли бы противопоставить.

«Минск» же, словно нарочно, упорствует там, где на каждый призыв к миролюбию киевская власть отвечает наращиванием военных приготовлений. На 2016 год принят рекордный с 1991 года военный бюджет, отнимающий у валового внутреннего продукта бывшей Украины до 5% его стоимости. Развернута подготовка украинских войск инструкторами НАТО на Яворовском и другом полигонах. Принят план военного сотрудничества Киева с Североатлантическим альянсом на 2016 год. Украина стала единственной страной в мире, в чьей военной доктрине основным стратегическим противником записана Российская Федерация.

Не далее как 5 февраля этого года Верховная Рада приняла постановление об открытии в Киеве официального представительства НАТО. Наконец, 7 февраля из Киева пришли известия, что бывшая Украина намерена присоединиться к натовской системе контроля над воздушным пространством. В рамках этого решения командование вооруженных сил Украины возьмет на себя обязательство обмениваться со службами воздушного наблюдения Североатлантического альянса о ситуации в воздухе над Черным морем, Крымом и Юго-Востоком.

Все эти шаги и решения вмещаются в формулу, озвученную Петром Порошенко на встрече с курсантами военного лицея имени Ивана Богуна: «Никакого пацифизма!»

Кто не хочет мира, тот и мирные переговоры ведет только для отвода глаз и выигрыша времени для военных приготовлений. На сегодняшний день это самый очевидный урок Минского процесса. Даже оптимисты сейчас признают, что максимум, чего можно достичь на переговорах в Минске – погрузить конфликт на Донбассе в долгую «заморозку». Но Донбасс, как и Крым, в первую очередь, не территория, а живущие здесь люди. Из-за того, что регион разрезан по линии фронта, дети уже почти два года не могут увидеть своих родителей, а родители дождаться своих детей, ушедших защищать Донбасс. Эти люди уже по горло сыты дипломатическими ухищрениями и политическими «многоходовками». У них есть воля и выдержка ждать еще, но хотелось бы знать, чего?

***

«Мелкокалиберная» война и Минский процесс, как показал прошедший год, могут существовать не в параллельных мирах и не в расходящихся реальностях. Они спокойно уживаются в одном пространстве.

Точно так, как не нужно особо напрягать фантазию, чтобы представить себе телегу, поставленную впереди лошади. Телега пуста, а лошадь, поставленная задом наперед, хоть и пытается дергаться, но сдвинуть телегу с места не может. А на стоящей телеге ничего и не привезешь.

Если, конечно, изображать дело так, что упряжка важней привоза, тогда процесс в самом деле можно выдавать за результат. Примерно так, как голого короля постановили считать нарядившимся в новое платье.

Переговоры в Минске, если воспринимать их без оптического обмана, могут напоминать и лошадь без телеги. Этой лошадью пытаются понукать сразу несколько погонщиков, в надежде, что она хоть кому-нибудь из них чего-то, да привезет. Но в результате лошадь, когда выписывает бессмысленные зигзаги, в другой раз ходит кругами, а то, и вовсе, стоит на месте. Толк от этой бессмыслицы, опять же, получает только тот, для кого протекание процесса выгодней результата.

Хотя, результатом в таком случае можно считать и вялотекущую войну, конца которой пока не видно. Положение, существующее сегодня на Донбассе, собственно и служит альтернативой Минским договоренностям, которой, если верит официальным заверениям всех участников процесса, нет. На самом деле, альтернатива есть, и возникла она еще до того, как большую политику вошли понятия сначала «Минск-1», а потом «Минск-2».

Долго ли еще будет зависать над Донбассом эта реально видимая и слышимая «альтернатива», не берутся предсказывать ни в Москве, ни в Берлине, ни в Париже. И это обстоятельство также служит подтверждением того, что три участника «Нормандской четверки», они же инициаторы переговоров в Минске, пока ничего не могут поделать с четвертой стороной. А эта сторона, во-первых, слушается только пятую столицу, заказавшую и поставившую весь кризис, и, во-вторых, уподобление переговорного процесса пробуксовывающей телеге или бесцельно блуждающей лошади, целиком и полностью отвечает ее собственным интересам.

В истории немало примеров обороны городов и даже регионов, длившейся годами, но не утратившей от этого своих значения и смысла. Героизм и самопожертвование людей, отражавших яростные штурмы, а также преодолевавших долгие осады стойкостью и выдержкой, срывали чьи-то темные планы и двигали вперед исторический прогресс.

В ходе так называемой уругвайской войны, длившейся с 1838 по 1852 годы, в которой кроме Уругвая участвовали также Аргентина и Бразилия, аргентинские войска 9 лет и 2 месяца осаждали Монтевидео. В обороне уругвайской столицы участвовали и добровольцы из разных стран Европы, одним из добровольческих отрядов командовал Джузеппе Гарибальди. Осада Монтевидео началось 6 декабря 1842 года и окончилась только 3 февраля 1852 года, когда армия Уругвая в союзе с бразильцами разбила войска Аргентины в битве при Касеросе.

В июне 1908 года шах Ирана Мохамад-Али совершил антидемократический переворот. Был разогнан иранский парламент — меджлис, а неугодные шаху депутаты отправлены на виселицу.

Переворот, совершенный в столице страны Тегеране, не признал северо-запад Ирана – провинция Иранский Азербайджан во главе со своим административным и промышленным центром, городом Тебризом. В Тебризе и его окрестностях за считанные дни сформировалось народное ополчение, которое возглавили выходец из крестьян Саттар и рабочий-каменщик Багир. В Иранском Азербайджане была установлена народная власть.

Против непокорной провинции шах Мохамад-Али двинул войска численностью до 25 тысяч солдат и офицеров. Командующим армейской группировкой был назначен Реза-хан, будущий основатель шахской династии Пехлеви. Бои завязались с начала октября 1908 года. Но кадровой шахской армии не только не удалось сходу взять Тебриз и подавить восстание, но вскоре она сама стала терпеть поражение под стенами Тебриза и в других местах. Тегеран стал высылать силам своей «антитеррористической операции» подкрепление за подкреплением.

Зимой 1909 года численность группировки правительственных войск, действующей в Иранском Азербайджане, возросла до 40 тысяч человек. На 5 марта был назначен генеральный штурм Тебриза. Штурм начался в назначенное время, но кончился совсем не так, как ожидали генералы шаха. Все атаки на революционный город были отбиты его защитниками. За успехи в боях даже иностранная пресса прозвала Саттара «иранским Пугачевым», а Багира — «персидским Гарибальди».

Оброна Тебриза завершилась только 30 апреля 1909 года после того, как в ситуацию в Иране вмешалась Российская империя, выслав на подмогу шаху Мохамаду-Али отряд под командованием генерала Снарского. Но народное ополчение ушло из Тебриза не побежденным, а Саттар и Багир успели укрыться в турецкой миссии, находящейся в Тебризе, откуда позже сумели выбраться и впоследствии они оба участвовали в иранском революционном движении.

Донецко-Криворожская республика 1918 года продержалась более 120 дней — с 9 февраля до первых чисел мая 1918 года, когда ее армия под командованием Артема, Климента Ворошилова, Николая Руднева и Александра Пархоменко с боями ушла на воссоединение с советскими войсками оборонявшими Царицын. Из четырех месяцев существования ДКР свыше двух заняло вооруженное сопротивление войскам кайзеровской Германии и ее приспешников из Центральной Рады. В условиях весны 1918 года Донецко-Криворожской республике выпало быть единственным государственным субъектом на территории бывшей дореволюционной России, который имел возможность вести отечественную войну против иноземных захватчиков.

Два с половиной года с начала ноября 1936 года и до 28 марта 1939 года отражала натиск фашистских войск столица Испанской республики Мадрид. Франкистские мятежники рассчитывали захватить главный город страны уже осенью 1936 года, когда их войска двигались на Мадрид четырьмя колоннами, а внутри столицы орудовала «пятая колонна» — скрытые враги республики. На стороне испанских фашистов с самого начала войны открыто выступили их германские и итальянские покровители. Мадрид фашисты в конце концов заняли. Но если бы это случилось быстро, без борьбы защитников республики, продолжавшейся 28 месяцев, блок фашистских агрессоров стал бы еще сильней и мировую войну развязал бы с куда большими ресурсами и возможностями.

Все это – очень разные примеры, имеющие различные истоки, разведенные во времени и пространстве. Но они — свидетельство того, что вооруженный народ способен остановить как внутреннюю реакцию, так и иностранное вмешательство в дела своих стран, а часто – одно и другое вместе взятое. В этакой борьбе случаются и поражения, но даже они рано или поздно приводят к победе.

Под впечатлением девятилетней осады Монтевидео, Александр Дюма списался с Джузеппе Гарибальди и некоторыми другими защитниками столицы Уругвая. Основываясь на их письмах, повествующих о девяти годах трудной обороны, автор трилогии о мушкетерах сочинил роман «Монтевидео, или новая Троя». Роман написан хоть и халтурно, зато в стиле Дюма: увлекательно и с интригой.

Может, когда-нибудь будет написан и роман об обороне Донецка. Но как бы то ни было, защитники Донбасса уже сегодня заслужили, чтобы у этого романа был победный финал.
http://c-eho.info/politika/novorossiya/item/2150-melkokalibernaya-vojna-i-loshad-bez-telegi

Subscribe

promo kr_eho october 6, 2020 15:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Сергей КЛЁНОВ Кажется, уже все государства вокруг перестали особенно скрывать свою тактику ведения войны и атак на суверенитет силами не очень заметными – хакерами; наемниками, подобранными где-то в темных логовах экстремистов; СМИ, публикующими недостоверную информацию, чтобы…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments