Крымское Эхо (kr_eho) wrote,
Крымское Эхо
kr_eho

Ростислав Ищенко: украинский язык скоро останется только в музее

Говоря об украинском языке, многих наших земляков кидает на резко противоположные полюса мнений — от резкого отрицания самого факта его существования до настаивания на том, чтобы даже в Крыму в обязательном порядке его изучали повсеместно в школах.

Прошедшая неделя была богата на обсуждение этой «языковой темы»: Общественная Палата, готовясь ко второму чтению закона о языках в Республике Крым, провела отдельные слушания, а парой дней раньше в Симферополе состоялся круглый стол под названием «Сотрудничество украинских общественных объединений Республики Крым с соотечественниками за рубежом».

Ростислав Ищенко — известный эксперт по «украинскому вопросу», он часто выступает со своими аналитическими выкладками по всероссийскому радио, центральным телеканалам. Выступил он и на названном круглом столе — и его мнение несколько отличалось от иных. В небольшом сокращении мы приводим здесь его основные тезисы:

— Крыму и Севастополю повезло выскочить из состава Украины раньше, чем всем остальным территориям. И я думаю, на базе украинской национальной автономии Крыма есть шанс сохранить малороссийскую культуру и через пятилетку – другую иметь здесь этнографическо-национальный заповедник. И тогда будет возможность знать об украинском народе не только то, что он когда-то существовал, но и, что называется, иметь возможность «пощупать», познакомиться с его историей и культурой.

Почему я достаточно скептически отношусь к перспективе сохранения  украинства как части русской культуры? <…> Еще в начале 90-х, общаясь с украинскими националистами — они тогда только начинали отрабатывать свои механизмы захвата власти — я им говорил: если придете к власти, вы ее обязательно потеряете, а если потеряете, то тогда украинский язык и культура будут уничтожены украинским народом. Потому что язык и культура должны быть востребованы либо политически, либо экономически.

В политическом плане украинский язык и культура не востребованы — это то, что признают сами националисты: иначе они не говорили бы постоянно о том, что они имеют особые права и должны непременно защищаться. А защищаться, в их понимании — вытесняя с территории Украины все иные языки, иначе они подавят язык украинский.

На самом деле украинский язык на Украине — это язык меньшинства, и на украинский язык даже политики переходят лишь по должности, а не по зову сердца.

Давеча семья Порошенко поздравляла его в этаком «семейном» ролике с днем рождения — я такого качественного рязанского акцента даже в московском метро не слышал. И это семья, которая позиционирует себя как махровые националисты! Если мы возьмем первую сотню самых известных политиков, финансистов и др, то среди них если и найдется один-два человека, у которых украинский язык родной, это будет хорошо. А скорее всего не найдется ни одного.

С точки зрения экономической украинский язык мог бы быть востребован, если бы Украина не сегодня-завтра присоединилась к ЕС. Тогда действительно, украинская часть населения Украины могла бы продемонстрировать свое национальное отличие от «этих угро-финов».

Сейчас, наоборот, Украина начинает говорить на русском языке. Сегодня несколько миллионов (десять? двадцать?) уехали на заработки в Россию. Это свидетельство того, что язык, культура не востребованы государством, которое позиционирует себя как главный защитник того и другого. Эти миллионы уехавших на заработки вряд ли вернутся на Украину — они активно учат языки тех стран, куда они уехали работать.

А когда нет общей экономики, общей политической идеи, то исчезает и этническая общность. Надо готовиться к тому, что украинский язык и культура станут музейной ценностью, а не рабочим инструментом…

Вот такое выступление… Не правда ли, как-то резковато, непривычно нашему уху? Ведущий круглого стола вице-премьер Совмина Республики Крым Георгий Мурадов не преминул дать комментарий: мол, это мнение одного человека, «надо верить в лучшее»…

А нас заинтересовала речь московского эксперта и поэтому в перерыве мы подошли к нашему гостю:

— Вы, Ростислав, какой-то, я бы сказала, слишком апокалиптический сценарий набросали. Были ли какие-то события, которые подвигли вас к таким серьезным, «ликвидирующим» украинскую культуру, выводам?

— Ну смотрите: если за последние три года количество населения Украины — не списочного, а реального — сократилось на 25 — 30 процентов,  а в целом за время независимости сократилось еще на 50 процентов, то соответственно это — уменьшение носителей языка и культуры, правильно? Причем мы знаем, что из тех, кто остался на территории Украины, далеко не все — носители украинского языка и украинской культуры.

На моей памяти это первый раз такими стремительными темпами  сокращается народ. Разве что ассирийцев быстрее убивали, но это было давно.

— Народ — или население государства в целом?

— В данном случае я имею в виду народ как носитель языка и культуры. Эти «носители» сокращаются вместе с населением государства, так? Причем, не знаю,  наверное, украинская часть государства Украина сокращается быстрее, чем его русскокультурная часть.

В общем-то это несложно посчитать. При таких-то темпах — а они, по идее, должны нарастать, потому что на Украине ситуация только ухудшается и лучше не будет — кто, собственно, будет носителем этой культуры?  Мы что, начнем этнических русских назначать украинцами? Теоретически можно где-то набрать миллионов 5-10, поселить на пустующие земли и сказать: украинцами будете! Но они же все равно украинцами не станут!

Вы же знаете: украинцы, которые приезжают в Россию, моментально  ассимилируются, даже если они были украиноязычными и украинокультурными. Даже если люди приезжают с Западной Украины! Из тех, кто остается здесь жить навсегда, 90 процентов становятся просто русскими, которые родились где-то в Ивано-Франковске или Тернополе.

А вот обратного процесса не происходит, даже если русские приезжают на Украину и начинают называть себя украинцами. Ладно, Маша Гайдар говорит, что она выучила украинский язык — но она же от этого не стала в реальности украинкой, она не ассимилировалась! Она может потом уехать в Канаду, Австралию, США и даже вернуться в Россию.

— В Чикаго я видела, как живет украинская диаспора — вышиванки, портреты Тараса Шевченко. А переехавшие в Россию быстро отбрасывают все эти символы украинства. Почему?

— Дело в том, что украинская культура — это культура сельской местности. Не случайно даже сейчас, после того, как исчезла руководящая и направляющая длань советской власти, которая определила украинский язык на основе полтавского диалекта, на Украине сколько украинских телеканалов, столько и украинских языков. Потому что каждый говорит на своем местном диалекте. По сути дела,  не сформирован или, наоборот, расформирован единый украинский литературный язык. Соответственно эмигранты из сельской местности — в Канаду,  США и пр. — могут сохранять какие-то свои этнические традиции.

— Чисто как дань ностальгии, как знак самоидентификации?

— Да. Я когда-то был в Великобритании, еще в 1993 году. В украинском посольстве, когда посол знакомил нас с местными украинцами, он сказал: вы не обращайте внимания, это все старшее поколение, это те, кто еще в дивизии «Галичина» служил, рядовые сюда сбежали, англичане их не выдали, они тут работали на заводах-шахтах, английский язык не выучили — в общем, сiльскi парубки. Остались украинцами.

А вот их дети-внуки уже англичане, которые что-то знают по-украински. Да, в Канаде живет более плотная украинская диаспора, они  заселяют компактно отдельные села, чуть ли не районы. Они сохраняются скорее как политическое единство — таким образом они имеют  рычаг давления на правительство. Но их там тоже становится меньше…

— То есть такая себе квази-партия…

— Точно. Я хочу обратить ваше внимание на то, что никто, за исключением единиц,  из украинцев — ни из Канады, ни из США —  с тех пор, как Украина получила независимость, не вернулся на родину.

— Да-да, они отделываются в лучшем случае посылочками для оставшихся на «теренах» Украины родственникам.

— Что ж это за украинцы, мечтающие о независимой Украине, которые  не вернулись на свою родину, когда она стала независимой! Им было тяжелее, кто еще в первой волне бежал за границу — то были люди в основном из Галиции. Им было труднее интегрироваться  в различные общества, они английского языка не знали.   У них были отдаленные понятия о немецком и о польском, а английского — ноль.

Они сохраняли свои общины, земель было много, можно было селиться компактно и вообще не знать, кто рядом с тобой живет. И точно так же была интегрирована и немецкая, и ирландская общины в США. Сейчас переваривается латиноамериканская община, хотя она  очень большая, не все американцы говорят по-испански, но тем не менее все латиноамериканцы говорят по-английски.

— Мы с вами еще в 2015 году обсуждали, можно ли «вылечить» тех граждан Украины, кого затронул «кастрюльный» вирус. Вы тогда надеялись, что грамотная информационная политика способна оздоровить атмосферу. Прошло время — как думаете, еще есть надежда?

— Судя по всему, это не лечится. Они даже не вымирают — они разбегаются. В ходе боевых действий погибли десять тысяч, ладно, двадцать, может, даже 50, поскольку нет настоящей статистики — но не миллионы. А миллионы разбежались. Они разбегаются, ничего не меняется...

http://c-eho.info/politika/ruina/item/3926-rostislav-ishchenko-ukrainskij-yazyk-skoro-ostanetsya-tolko-v-muzee

Subscribe

promo kr_eho october 6, 15:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Сергей КЛЁНОВ Кажется, уже все государства вокруг перестали особенно скрывать свою тактику ведения войны и атак на суверенитет силами не очень заметными – хакерами; наемниками, подобранными где-то в темных логовах экстремистов; СМИ, публикующими недостоверную информацию, чтобы…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments