kr_eho

Categories:

Мрачная история

Станислав МАТВЕЕВ

По пляжу в коричневых сандалиях, белых гольфах, синих шортах, белой рубашке с черным галстуком и папкой под мышкой вышагивал короткошеий, с огромным животом и тоненькими ножками какой-то самоуверенный тип.

Низкий лоб, небольшой с горбинкой нос, кучеряшки вокруг лысины и брезгливо оттопыренная нижняя губа создавали впечатление, что это зажравшийся бонза при исполнении. Что его привело в самую жару на морской берег, было непонятно. Тип размахивал рукой и что-то втюхивал группе людей, на полусогнутых ножках спешившими за ним.

– Ух, ты! Да это же Михаил Моисеевич Мракович! Бывший начальник политотдела инженерных войск Одесского военного округа!

Сергей Петрович перевернулся на бок и стал внимательно присматриваться и прислушиваться к разглагольствованию Михаила Моисеевича.

В свое время, когда Сергей был капитаном и командиром саперной роты, ему пришлось выслушивать нравоучения бывшего полковника. Да, в карауле солдат его роты случайно при разрядке оружия выпустил семь патронов из автомата. Забыл отстегнуть магазин. И… трррах! Никто не пострадал, патроны списали, солдату устроили тренировку с отстегиванием магазина, заряжанием и разряжанием автомата. Но замполит «стуканул»… И пришлось командиру роты почти полтора часа стоять навытяжку перед Михаилом Моисеевичем, который его чуть ли не в измене Родине обвинил, размахивая руками и делая страшные глаза, вещал, что такое мог допустить только разгильдяй и несамостоятельная личность – подарок шпионам и врагам Отечества. Но все закончилось комически. Мракович устал и, потянувшись, спросил.

– Ну, что капитан, ты все понял?

– Все понял, товарищ полковник! Все! Приеду в часть и застрелюсь!

Моисеевич аж подпрыгнул на стуле.

– Да ты что? Не надо! Это ж такой скандал на весь округ! Не вздумай!!! Ты же всех нас под статью подведешь!

– Нет, товарищ полковник! Вина моя неизмерима и требует самого строгого наказания!

И тут Мракович понял, что над ним потешаются. Побагровел, оттопырил нижнюю губу и, брызгая слюной, заорал:

– Кругом! Марш вон!

Как и ожидалось, с присвоением очередного звания произошла задержка. Но пришел вызов в отдел кадров, и там полковник Павлюк, полистав личное дело Сергея, предложил продолжить службу в отдельном специализированном подразделении при генштабе. В соседней комнате его уже ждал моложавый длинноносый полковник.

– Я-то согласен, да у меня характеристика не в дугу…

– Да плевать мне на бумажки. И на мнение старпёров тоже плевать. Мне нужны профессионалы. А ты спец. Согласен?

– Так точно!

– Ну, и лады! Получай приказ, сдавай роту – и через неделю жду в Москве.

…Прошло много лет; пришлось побывать и в Анголе, и в Мозамбике, несколько раз в Афганистане и на Кубе. Помотались почти по всему миру.

Но грянули «девяностые». Их подразделение расформировали, и он, только что получивший звание подполковника, оказался перед выбором: служить неизвестно кому и чему или уйти на гражданку. Почти десять лет влачил жалкое существование, и как он благодарил Бога и Судьбу, что его любимая девушка предпочла ему однокурсника. Холостым да еще и привычным к самым неожиданным событиям было легче. В конце смутных лет его нашел дальний родственник, который зря время не терял и, используя свои посткоммунистические связи, внедрился в один из процветающих московских банков, куда и устроил Сергея советником по безопасности. Вот тогда снова судьба свела его с Мраковичем.

Михаил Моисеевич представлял интересы одного из ведущих банков Украины. Он готовил пакет документов о совместной деятельности двух субъектов бизнеса. Переговоры шли трудно, «партнеры» предлагали очень тяжелые условия, но нужно было торить дорогу на Украину, а там без отстежки в пользу «Преза» ничего сделать было невозможно. Мракович знал себе цену – и, с оттопыренной губой, обычно вещал: «Хочешь жить – умей вертеться!» В конце концов переговоры закончились, и на отвальном банкете Моисеевич позволил себе лишку. Пьяно улыбаясь и размахивая стаканом с виски, тупо бормотал, но так, что слышали все:

– Что вам всем дело до ваших клиентов! Люди, если им нужны деньги, все равно придут и попросят! На голь и нищету, что свои крохи к нам тянут, – плевать. Сами мы знаем, как и с кем дружить. Украина – это не страна, это дойная корова, которую можно не кормить. Дергай за дойки, пока не оторвутся, а потом и на мясо…

Председатель правления банка, тоже изрядно подвыпивший, обнял его и чмокнул в лысину.

– Ты, Мойша, настоящий банкир. Хотя я и сомневался… Ты ж коммунякой был, аж до полковника дослужился.

– Да хрен с ним, с полковником. Я в детстве мечтал на трубе играть. А отец мой, Моисей Беньяминович, сказал: «Мойша, на дудке любой шлемазл может, ты вот лучше историю учи. Пойдешь в военное училище на замполита. На зам по литрам! У нас твой дядя в главном политуправлении сидит, пристроит тебя».

И пьяно расхохотался.

***

С тех пор прошло более полутора десятков лет. Краем уха Сергей Петрович слышал о том, что украинский банк прогорел, что судили нескольких мелких клерков, но про Мраковича ничего не было известно.

Сергей давно распрощался с работой в банке, но перед уходом взял низкопроцентный кредит и купил пару магазинов в Подмосковье. Торговля шла успешно, и если бы продавцы не воровали, то давно бы расширил дело, а так хватило только на то, чтобы купить полгектара земли и построить пансионат на берегу моря.

Клиентура была постоянной, в основном, друзья и бизнес-партнеры. Домоправительница и ее дочь – прекрасный повар, – работали честно, горничных и подсобных рабочих нанимали на сезон. Доход был хоть и невелик, но стабилен.

И вот тебе, такая неожиданная встреча…

***

Мракович шустро семенил по песку, свита внимала его словам:

– Вот смотрите, какой пляж. Благоустроен, но хреново. Спасательных вышки всего две, а надо три. Где медпункт? Я вас спрашиваю, где медпункт?

– Так вот же, рядом со спасательной вышкой!

– Сам вижу! Почему красный крест на нем не нарисован? Куда утопающие будут обращаться за помощью? Как они узнают, что это медпункт, а не шашлычная? Кстати, а где столовая? Есть тут столовая?

– Вон там, смотрите, на самом краю пляжа, подальше от воды, красивый павильончик, и сеткой камуфляжной отгорожен…

– Какая сетка? Вы что, на войне? Люди к нам на отдых приезжают, а вы им сетку. Как там с арендой?

– Аренда на 49 лет, документы в порядке!

– Говоришь, документы в порядке? А может, ты сам не в порядке? Может, надоело на солнышке греться, может, в народное хозяйство захотел?

– Да, что вы, что вы…Только документы все в порядке!

– Значит ищи, что не в порядке!

***

Вечером Сергей Петрович решил прогуляться по главной улице поселка. Почти три километра вдоль моря. Справа пляжи, слева пансионаты, ресторанчики, кафе, магазины. А в самом конце – грандиозная танцевальная площадка. Народа много: компании, отдельные прохожие, парочки, – и, как в свое время мечтал Остап Бендер, все в белых брюках и белых платьях, а некоторые молодые девушки только в купальниках, прикрытых парео. Везде музыка, шум и неповторимый аромат курорта, замешанный на запахах роз, коньяка, шашлыка и моря.

Ему очень захотелось пива. Рядом маленькое кафе и свободные столики. Что ж, выпить – значит, выпить. Кафешка принадлежала жене сельского головы Ниночке, где она сама и продавала напитки, и сама же исполняла обязанности официантки.

– Ниночка, привет! Дай мне «Рогань», только холодненькую.

– Привет, садись, сейчас принесу.

За соседним столиком сидел и ее муж, Сан Саныч, немного полноватый, еще молодой, но уже лысеющий брюнет.

– О, какие люди!

– Да обычные, метр восемьдесят два и девяносто килограммов…

– Ну, присаживайся.

– Как дела?

– Да все дела у прокурора, у нас – так себе, делишки…

Пиво было прекрасное, да еще и креветки местные, хоть и мелкие, но ароматные. Время летело незаметно, да и разговор стал более доверительным.

– Ты чего такой смурной?

– Так станешь и смурным, и больным. Сегодня заместитель областного пахана приезжал. Так все печенки порасковырял, сука…

– Чего он хотел?

– Да так, самую малость. Расторгнуть договора аренды со всеми «москалями»! Начать снос ваших пансионатов. У них гасло – «УКРАИНА ТИЛЬКЫ ДЛЯ УКРАЙИНЦИВ»!

– Так он же сам не украинец!

– Э, не. Оно теперь Мыхайло Мыхайловыч Мрачук! Щирый украинец и заместитель областного головы! Шишка!

– Ну, и что делать-то будешь?

– А что тут поделаешь? Лично я заву написал: слагаю свои полномочия. Проживем: кафешка есть, огород тоже, да у тестя с тещей паи после развала колхоза, по шесть гектар. Проживем…

– Да, чувствую, недолго жить-то осталось…

– Да не каркай ты, и так на душе будто кошки нагадили.

– Ну, извини…

Допили пиво и разошлись. Спать не хотелось, Сергей сходил к морю искупался, но так до утра и не заснул.

***

А осенью начался «майдан»…

Пока идиоты скакали и жгли покрышки, пока стреляли по «Беркуту», в тихом поселочке на берегу моря новый поселковый голова быстренько переделал разного рода бумаги, суды по приказу из области вынесли нужные решения, – и более десятка пансионатов, с землей и строениями, оказались в собственности каких то молодых людей, в основном, безработных или студентов-первокурсников, которые за бесценок продали свое имущество некой Розалии Михайловне Мрачук, любимой доченьке Михаила Моисеевича, гражданке США и Израиля.

***

Сергей Петрович смотрел телевизор. Какая радость, что над Крымом взвился российский триколор! Появилась надежда, что и на всей Украине восторжествует справедливость и правда.

Но когда на сцене, на Площади Незалежности, в одной кампании с Турчиновым, Яценюком, Порошенко и прочими майданными паханами, он увидел рожу Мыхайлы Мыхайловича в мазепинке и с нашивкой «Правого сектора», понял: надеяться надо, но только с автоматом в руках!

Рисунок — Evrofilm


promo kr_eho october 6, 2020 15:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Сергей КЛЁНОВ Кажется, уже все государства вокруг перестали особенно скрывать свою тактику ведения войны и атак на суверенитет силами не очень заметными – хакерами; наемниками, подобранными где-то в темных логовах экстремистов; СМИ, публикующими недостоверную информацию, чтобы…

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.