kr_eho

Category:

Как меджлис Севастополь потерял

Нури СЕФЕРОВ

Процессу возвращения в Крым ранее выселенных с полуострова граждан и их потомков, хоть и проходил на первых порах (в период 1990 – 1992 годов) стихийно-массовым образом, на что были причины объективного характера, всё же удалось своевременно придать на тот момент вполне приемлемую организационную форму.

И сделано это было во многом благодаря высшему руководству Крыма, правительству и Верховному Совету республики, прекрасно осознававшим, что ценою за, не дай Бог, промедление с этим действием будут мир и безопасность на полуострове.

В Центре страны, в Москве, создавать какие-то дополнительные структуры для решения этих предстоящих сугубо крымских (специфических, порой, нестандартных, по меркам СССР) задач по обустройству депортированных, по всей видимости, не хотели, не готовились, да и не видели в этом никакого практического смысла. На уровне Киева, скорее всего, — тоже. Поэтому за дело пришлось взяться Крыму и (отчасти) Севастополю.

Так, в октябре 1990 года в структуре правительства Крыма было решено организовать Крымский республиканский комитет по делам депортированных народов. Подчёркиваю: народов, так как с самого начала предусматривалось обустройство не только крымских татар, но и представителей других национальностей, также подвергшихся насильственной депортации из Крыма – армян, болгар, греков и немцев.

Одновременно с комитетом была создана Объединённая дирекция строящихся предприятий, чисто хозяйственное подразделение, которое осуществляло функции проектирования, финансирования, поставки различного технологического, строительного и разного другого назначения оборудования.

Во многом благодаря чёткой работе комитета и Объединённой дирекции, их немногочисленных сотрудников – настоящих профессионалов, которые трудились, не считаясь ни со временем, ни с выходными, ни с состоянием здоровья (даже нормальных условий для проживания, поначалу у них тоже не было) удалось в кратчайшие сроки комплексно взять всю ситуацию под контроль и управление.

Очень трудно было, но они справлялись. И – справились. Мир и спокойствие в Крыму, хоть и подвергались неоднократным испытаниям на прочность, были сохранены.

К сожалению, и комитету, и Объединённой дирекции, принявшим на себя основной удар в делах обустройства переселенцев, чётко и грамотно организовавшим работу, финансирование, наладившим доверительные контакты с руководством почти всех государственных, управленческих и хозяйственных структур не только в Крыму и в Севастополе, но и далеко за пределами полуострова, самим, в недалёком будущем (1993- начало 1994 г.г.), не удалось устоять под натиском и сохраниться…

***

В конце 1992 года в Симферополь, в комитет (на улицу Лескова, 35) мы с председателем Орлиновского сельского совета (г. Севастополь) поехали на подписание очень важных документов.

Байдарская долина – живописнейший уголок Крыма – была одним из муниципальных образований Севастополя, первой начавших принимать и прописывать крымских татар — в основном тех, кто был родом оттуда. Но народ всё прибывал и прибывал. Кроме резервирования мест для расселения, надо было подготовить и провести немало подготовительных работ социально-бытового характера.

Все эти необходимые мероприятия в течение полугода до поездки были с крымским комитетом обговорены, отсортированы на первоочередные и на те, выполнение которых можно было отложить на более поздний срок. Отработано было практически всё. Осталось только подписать документы и начинать действовать.

В случае подписания бумаг должно было произойти следующее.

  1. Орлиновский сельский Совет (Байдарская долина) в течение предстоящего года, дополнительно к уже прибывшим, осуществил бы приём и размещение довольно значительного количества семей крымских татар, в том числе и путём строительства для них двух- и трехэтажных многоквартирных домов в четырёх сёлах.
  2. И это немаловажно! Руководитель Байдарской долины ехал на подписание важных бумаг первым среди руководителей других сельских советов Севастополя (а их в Севастополе – пять, включая Качинский поселковый Совет), с которыми также разрабатывали мероприятия по приёму и расселению депортированных; так сказать, «первой ласточкой». Если бы дело пошло правильно, то…
  3. … следом за Байдарской долиной аналогичные документы один за другим подписали бы и руководители остальных сельсоветов Севастополя.

Отчего, спросите, такое рвение, такая готовность принимать депортированных граждан? Да всё просто. 1991-1992 годы – тяжёлые последствия перестройки. Экономическая обстановка вокруг, скажем так, к веселью не располагает. В сёлах, и раньше-то особо не блиставших высоким уровнем жизни, во многом также не очень радостно. А тут появилась хоть какая-то возможность подправить ситуацию: татары возвращаются, на их обустройство выделяют средства. Может, хоть что-то существенное от этого достанется и сельским советам?

В конце концов, татары ведь будут жить на территории этих же сельсоветов, а главное, в Крымском республиканском комитете готовы к продуктивному, взаимополезному сотрудничеству. И если так, то сельсоветы ради этого вполне готовы увеличить приём депортированных.

В том, что документы будут подписаны, ни у кого не было ни малейших сомнений: всё уже отработано, согласовано.

***

И вот мы в Симферополе, в заранее обозначенное время подъезжаем на улицу Лескова. И что мы видим?

Все сотрудники комитета и дирекции находятся во дворе дома, вне помещения. Что случилось? Люди срочно покинули здание из-за внезапной аварийной ситуации?

Оказалось, что произошло гораздо хуже аварии – здание комитета захватили люди из меджлиса[1]. Они с утра толпой вошли в учреждение, остановили всю работу, и всех до одного сотрудников чуть ли не насильно выставили на улицу. Чего эти люди хотят, чего требуют – никто не знает. Кабинеты все открыты, бумаги, документы, у некоторых даже личные вещи — всё там. У входных дверей «охрана», никого ни за чем не пускают. Ни с кем не разговаривают. Внутри здания также масса «пришельцев»…

Во дворе возле дома увидели и руководство комитета. Вместе с ними несколько старших офицеров МВД. Подошли, поздоровались. Спрашиваем, что происходит? И они не знают. Сказали, что уже приезжали из руководства Совмина Крыма, предложили помочь с наведением порядка, но после почему-то передумали и уехали, сказав, чтобы татары попробовали сами разобраться между собой и желательно мирно.

Вскоре из окна кабинета председателя комитета высунулся какой-то бородатый тип и в довольно грубой форме прокричал стоящим внизу, что «татарам из комитета никуда не расходиться, сейчас приедут уважаемые люди и всё им объяснят, а всем остальным – пусть уезжают, им здесь делать нечего».

Я посмотрел на председателя сельсовета, он — на меня: «Ну что, нам здесь действительно делать нечего. Поехали отсюда».

***

На следующий день о происшедшем накануне неудачном визите было доложено руководству Севастополя. Вот тогда-то и была высказана идея воспользоваться своим статусом как отдельного административного субъекта и начать работу по прямому финансированию мероприятий по обустройству депортированных граждан, минуя Симферополь, минуя комитет. Тем более, что депортированных граждан в Севастополе, скорее всего, (после неподписания) будет не так уж и много.

Ничего мы не подписали ни в тот день, ни после. Никогда мы ничего больше не подписали. Все эти наработки, все эти планы 1, 2, 3 – были умножены на ноль.

Почему?

Как совсем скоро выяснилось, в тот день в захваченное меджлисменами здание действительно прибыло их «начальство» чуть ли не в полном составе. Чего хотели: они «не довольны работой комитета и дирекции», они «требуют ревизии и проверки всех ранее подписанных документов, договоров, соглашений на предмет их соответствия «интересам» народа, они «требуют немедленно ввести в штат комитета и дирекции «своих специалистов», и не на рядовые должности, а на руководящие, не ниже замов».

Со всеми их «требованиями» действовавшее тогда руководство комитета было вынуждено согласиться…

Потом в комитете была «ревизия» и «проверки»; их проводили «спецы» из меджлиса. И в штатное расписание их на высокие должности ввели, как они и требовали, без всякого профессионального отбора и прочего.

Постепенно из прежнего состава комитета стали уходить высококвалифицированные специалисты; их заменили меджлис-комиссары…

В Севастополе, между тем, начали готовиться к прямому финансированию. И с меджлисом никто никаких документов разрабатывать и подписывать не собирался.

А вот общаться с этими, иногда поражавшими своей неадекватностью «единственными представителями» крымскотатарского народа, так лихо подрубившими как бы своё и, в общем-то, нормально справлявшееся со своими функциями-задачами учреждение, приходилось, и не один раз…

[1] организация, деятельность которой в Российской Федерации запрещена

https://c-eho.info/kak-medzhlis-sevastopol-poteryal/

promo kr_eho october 6, 2020 15:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Сергей КЛЁНОВ Кажется, уже все государства вокруг перестали особенно скрывать свою тактику ведения войны и атак на суверенитет силами не очень заметными – хакерами; наемниками, подобранными где-то в темных логовах экстремистов; СМИ, публикующими недостоверную информацию, чтобы…

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.