Крымское Эхо (kr_eho) wrote,
Крымское Эхо
kr_eho

Categories:

Из истории «второго большевизма»: год 1919-й

 Андрей ИШИН

«Вторым большевизмом» в литературе принято именовать Крымскую Советскую Социалистическую Республику, просуществовавшую в 1919-м году всего 75 дней. Как и в случае с «первым большевизмом», ее создание было инициировано центром.
23 апреля 1919 г. Политбюро ЦК РКП (б) при непосредственном участии Ленина обсудило вопрос о Крыме и признало желательным образование здесь Советской Республики [1].



Реализации этой идеи способствовало успешное наступление Красной армии, к концу апреля 1919 г. овладевшей Крымом (за исключением Керченского полуострова, оставшегося под контролем вооруженных сил генерала Деникина).

В развитие решения Политбюро, Крымская областная партийная конференция, проводившаяся 28-29 апреля 1919 г. при участии представителя ЦК РКП (б) и ЦКП (б) У – народного комиссара внутренних дел Украины К.Е. Ворошилова, постановила образовать Крымскую ССР. В состав Совета Народных Комиссаров вошли Д.И. Ульянов, Ю,П. Гавен, П.Е. Дыбенко, Я.Ф. Городецкий, И.А. Назукин и др. Фактическим главой Совнаркома Республики стал брат Ленина – Д.И. Ульянов [2], бывший до того санитарным врачом губернского земства.

Обращает внимание, что в состав правительства вошел ряд представителей Турецкой коммунистической партии, в частности. Видный турецкий коммунистический деятель Мустафа Субхи, ставший первым редактором татарской газеты «Ени Дюнья» («Новый мир») [3].

Немаловажно, что Крымский обком партии приравнивался к губкому, связанному непосредственно с ЦК РКП (б), а Совнарком Республики функционировал на правах губисполкома, подчиняясь ВЦИК и соответствующим наркоматам по принадлежности [4].

Характеризуя «второй крымский большевизм», непосредственный очевидец тех событий В.А. Оболенский в своих мемуарах отмечает: «На этот раз большевики пришли в Крым уже в значительной степени организованной силой. Если год назад жители Крыма страдали от кровавых подвигов севастопольских матросов и вообще от всех ужасов анархии, то теперь тяжесть большевистского управления заключалась, скорее, в обратном – в стремлении регламентировать жизнь в мельчайших ее проявлениях.

В городах все помещения были переписаны, квартиры и комнаты вымерены и перенумерованы, и жителей разверстывали по этим нумерованным комнатам, как вещи по кладовым. Была, как и в других местах, введена трудовая повинность. На улицах устраивали облавы на прохожих, гнали случайно пойманных людей грузить поезда или возили на фронт копать окопы. Но убийств и расстрелов, из страха перед которыми столько народа бежало из Крыма, не было. За все три месяца пребывания большевиков в Крыму было расстреляно лишь несколько человек в Ялте, и то уже перед самым уходом большевиков, в суете и панике.

Эта относительная мягкость советского режима (выделено нами – А.И.) объяснялась тем, что между уходом добровольческих войск и вступлением большевистских прошло несколько дней, в течение которых во всех городах Крыма образовались революционные комитеты из местных большевиков. А крымские большевики представляли собой их мягкую разновидность. Во главе Симферопольского ревкома оказалась убежденная большевичка, но добрая и хорошая женщина, «товарищ Лаура» (настоящая ее фамилия – Багатурьянц), которая решительно восставала против пролития крови.

Когда пришли войска с военкомом Дыбенко во главе (командующий 1-й Заднепровской дивизией – А.И.), гражданская власть в Крыму уже была организована и вступила в борьбу со штабом Дыбенко, настаивавшим на более решительных репрессивных мерах» [5].

Однако, несмотря на известную «мягкость», по выражению Оболенского, в целом внутренняя политика руководства Крымской ССР 1919 года весьма напоминала политику руководства Республики Тавриды года 1918-го.

Национализируются важнейшие отрасли промышленности, конфискуется крупная земельная собственность, реквизируются «излишки» продовольствия. Так, только в Евпаторийском уезде в мае 1919 г. было реквизировано свыше 262,8 тыс. пудов хлеба [6], что вызывает недовольство значительной части населения.

Вместе с тем отметим и некоторые положительные моменты в работе партийно-советских органов этого периода. Так, в сфере просвещения был издан приказ об освобождении неимущих граждан от платы за обучение детей в школах. В Симферополе организуется рабфак для подготовки рабочих и крестьян к поступлению в Таврический университет. Открывается ряд музеев, культурно-просветительских учреждений, санаториев.

В области сельского хозяйства организовывались пункты проката сельскохозяйственных машин и орудий, беднякам и середнякам выдавалось зерно для посева [7].

В Крымском обкоме РКП (б) образуются национальные секции – в частности, татарская, армянская, немецкая. На языках этих народов стали выходить газеты [8].

Несмотря на указанные позитивные стороны, все же следует отметить – к концу июня 1919 г., когда контроль над Крымом вновь устанавливают Белые силы юга России, ситуация здесь откровенно удручала. Со всей очевидностью об этом свидетельствует уникальный архивный документ, а именно Сообщение Таврического губернатора Татищева в финансовый отдел Особого Совещания при Главнокомандующем Вооруженными силами Юга России от 19 июня 1919 г. Приведем наиболее показательный фрагмент «Сообщения»: «Уже из краткого ознакомления моего с финансовым положением вверенной мне Таврической губернии выяснилось почти полное отсутствие денежных знаков в кассах Министерства Финансов губернии.

При своем отступлении большевики увезли с собою не только почти всю денежную наличность, но даже и часть камней, на которых печатались денежные знаки Крымского Краевого Правительства.

В настоящее время общая наличность Отделения Государственного Банка и Казначейства в Симферополе не превышает 3.800.000 рублей, из них 1.900.000 керенскими, 1.300.000 советскими кредитными билетами образца 1918 г. и приблизительно 600 тысяч Крымскими Краевыми денежными знаками.

Еще в худшем положении находятся Казначейства и Отделения Государственного Банка в других городах Крыма, и раньше все время испытывавшие недостаток в денежных знаках.

Таким образом, оставленной наличности может хватить для производства операций лишь в течение ближайших нескольких дней.

Между тем, в ближайшие же дни несомненно окажется острая потребность в денежных знаках для удовлетворения хотя бы в ограниченных суммах требований вкладчиков Сберегательной Кассы и по текущим счетам, пенсионеров, служащих Правительственных учреждений, для оказания пособий Земским и Городским Самоуправлениям, финансы которых окончательно подорваны большевистским хозяйничаньем и никоим образом не могут быть восстановлены без Правительственной помощи и, наконец, в особенности, для оказания кредита на уборку урожая, без какового кредита ожидаемый в Крыму великолепный урожай может оказаться не убранным, и на восстановление нарушенной и начавшей налаживаться экономической жизни Крыма. – На все это немедленно потребуется по приблизительному подсчету не менее 200 миллионов рублей, да для обыкновенных расходов до 20 миллионов рублей в месяц, не считая содержания армии и флота…» [9].

Таким образом, анализ деятельности правительственных учреждений Советской Социалистической Республики Тавриды (январь – апрель 1918 г.) и Крымской Советской Социалистической Республики (апрель-июнь 1919 г.) свидетельствует, что обе этих республики просуществовали недолго и, по существу, выполняли для большевистского руководства в общегосударственном масштабе буферную роль в условиях широкой борьбы фронтов.

Несмотря на некоторые отличия, оба политических режима объединяет ряд важных особенностей: и тот, и другой не являлись следствием внутренней эволюции крымской государственности, а были навязаны извне «военно-революционными» центрами силы, реализуя в своей деятельности, главным образом, стратегемы руководства РКП(б).

И тот, и другой режим послужил для населения Крыма предвестием установления после эвакуации армии генерала Врангеля «третьего большевизма», сопровождавшегося тотальным внедрением принципов «военного коммунизма» в государственную и общественную жизнь.


Примечания

1. История городов и сел Украинской ССР. Крымская область / Пред. ред. колл. Л.Д. Солодовник. – К.: Институт истории АН УССР, 1974. – С. 34.
2. Там же. – С. 34.
3. Крым: прошлое и настоящее / Отв. ред: С.Г. Агаджанов, А.Н. Сахаров / Институт истории СССР АН СССР. – М.: Мысль, 1988. – С. 64.
4. Там же. – С. 64.
5. Оболенский В.А. Крым при Деникине (Окончание) (Подготовка текста и публикация В.В. Лаврова) / В.А. Оболенский // Крымский Архив. – 2001. – № 7. – С. 163-164.
6. История городов и сел Украинской ССР. Крымская область. – С. 34.
7. Там же. – С. 34.
8. Крым: прошлое и настоящее. – С. 64.
9. Государственный архив в Автономной Республике Крым (ГААРК), ф. Р-2235, оп. 1, д. 24 (Сообщение губернатора в финансовый отдел особого совещания при Главнокомандующем вооруженными силами юга России о финансовом положении Таврической губернии. Объявление о прекращении приема украинских денежных знаков), л. 3-3 об.



На фото вверху — автор,
Ишин Андрей Вячеславович, историк

http://kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=9039


Subscribe

promo kr_eho october 6, 2020 15:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Сергей КЛЁНОВ Кажется, уже все государства вокруг перестали особенно скрывать свою тактику ведения войны и атак на суверенитет силами не очень заметными – хакерами; наемниками, подобранными где-то в темных логовах экстремистов; СМИ, публикующими недостоверную информацию, чтобы…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment